Terminator: Inshallah Salvation.

Терминатор: Иншалла, да придёт спаситель.

ПРИКАЗ
МИНИСТРА ОБОРОНЫ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 апреля 2009 г. № 145 г. Москва

Растроганный дедушка пошаркал по бетонной дорожке к дому. Зашёл на кухоньку, плеснул тёмный тягучий ром в коренастый стакан, включил антикварный компьютер - в углу древнего монитора мигал почтовый конвертик.
Артритная рука дедушки привычно щёлкнула мышкой - открылось сообщение в корявом электронном переводе.
“Хай, номер 1989.
Конгресс США поздравляет вас с праздник противо-самолётных войск.
Желает долгие годы.
Чек прилагается.”
В подписи значилось: почётный бессрочный конгрессмен США Кондолиза Райс.
Дедушка выпил и подумал, что таки купит тот самый блатной спининг “Зебко”.....

«Была у человека смоковница, посаженная в винограднике его, и пришел он искать плода на ней, и не нашел, и сказал виноградарю: “Вот три года, как я прихожу искать плода на этой смоковнице и не нахожу. Сруби ее, к чему она и землю истощает?” Но тот сказал ему в ответ: “Господин, оставь ее и на этот год, а я тем временем окопаю ее и унавожу, не даст ли плода на будущий год. Если же нет - ты ее срубишь»
+
Аналогичной притчей, но в форме “символического действия”, принятого у пророков (ср., напр., Ис 8,1-4; Иер 19,1-15; Иез 4,4-8), было проклятие бесплодной смоковницы - символа тех, кто не принес “плода покаяния” (Мф 21,18 сл.; Мк 11,12 сл.; ср. Лк 13,6-9).
6 Ин 12,20-24.

Не было и нет ни плодов. ни покаяния.



*****************



Смоковники.

Прекрасное далёко. Рассказец.

С востока доносился тревожный грохот войны: подразделения НАТО расстреливали “дзержинцев” в Реутове.
С захватом Останкино, единственный госканал перестал долдонить про “агрессию Запада” ....... и тут же Евроньюс стал бубнить про “победу демократической оппозиции” и возобновление поставок нефти. Позже, на втором канале явился CNN и повёл прямой репортаж с Лубянки: “абрамсы” заполонили Театральный проезд,вздыбленный асфальт, полностью сгоревшие здания вокруг - последствия вчерашней бомбардировки. Потихоньку подтягивался любопытный народ, было на что посмотреть: в здание первыми вошли “смоковники”, те самые, что с чёрными повязками и диковенными именами.......

***********

- Далеко ль собрался, капитан?
Капитан Васюк бросил от неожиданности рюкзак мимо багажника, обернулся. Так и есть, они: на всех одинаковые черные повязки Смоковников Последних Дней. Будучи заядлым охотником, Васюк, констатировал: древняя курковка, пятисотый “мося” и экзотическая Бенелли Нова. Капитан было попятился, но наткнулся на багажник, доставать наградной “макаров” он и не думал - живот свело судорогой страха.
- Помогите, милиция! - голосила жена, сынишка поддержал рёвом.
- И не было плодов, и нет покаяния. - начал пожилой с “мосей”.
- Отсечь ветви сухие. - продолжил молодой в военной куртке.
Первым выстрелом в упор капитану оторвало голень, он упал.
- Древо срублено - констатировал пожилой и выстрелил.
- Огонь очистительный. - дуплет курковки перевернул капитана на бок.
- Брат Иезекиль, сруби побеги. - буднично молвил пожилой.
Иезекиль вскинул “нову” и срубил “побеги”: магнум оборвал вой толстухи и малыша.
- Не хоронить! Похороните, вернёмся! - пожилой крикнул двору и домам.
Истово перекрестившись, троица села в трофейный джип с оранжевой полоской "МЧС"  и двинулась дальше. Они молча ехали под затихающие громовые раскаты с востока: прямая наводка “абрамсов” оказалась эффективнее спецназа “дзержинки”....
Эм-че-эсовский Ленд-Ровер “Дефендер” урча дизельком выезжал на проспект.  Троица ехала медленно по непривычно пустым улицам столицы.  Брат Иезекиль всматривался в окно держа на коленях трофейный ноутбук.
Они медленно ехали вдоль длинного жёлтого сталинского ампира в десять этажей.  У подъезда чёрным лаком блестел Порш “Кайен”. Иезекиль, привычно вбил номер в окно поиска совпадений.
- На тёщу оформил, падаль. - Улыбнулся Иезекиль.
- Молодца. - Возрадовался старый Мардахей.
Разумеется, “Дефендер” остановился у подъезда. Бабушка-консъержка, увидев в форточке сдвоенное дуло, тихо затряслась и открыла входную дверь. Троица молча вошла в лифт, двери закрылись. Минут через пять они вышли из подъезда. Угрюмый Авессалом на ходу оттирал с куртки красные пятна. Иезекиль и пожилой Мардахей вели под руки грузного лысого мужчину в майке. Мужчина прикрывал разбитый глаз и что то бормотал.
Иезекиль с брелка отключил сигнализацию. Лысый мужик, не переставая бормотать, отключил все секретки и завёл двигатель.
Его суетливое бормотание оборвал выстрел: толстяк мягко повалился на жухлый газон.
- И срублена смоковница бесплодная. - Заключил Мардахей.
Троица привычно перекрестилась, перенесла оружие и багаж в Порш, уселась на кремовую кожу сидений и покатила по вечерней Москве.
- Братия, айда в Шмелкино, там упырь засел.... - Донеслось сквозь треск помех из динамика рации.
- Дорога пустая. Полчаса хода. - Молвил брат Авессалом.
- Едем. - Согласился Мардехай.
Порш стрелой нёсся по узкой асфальтой пустыне шоссе.....
Искали дольше чем ехали. В итоге брат Иезекиль, высунувшись из люка нашёл место по звуку перестрелки и всполохам пламени.
Трехметровый забор опоясывал особняк из рыжего кирпича, открытые ворота с вензелями позволяли видеть горящую ёлочку у крыльца.
Смоковники вели огонь стоя на крышах своих машин, прячась за кирпичами забора.
Наконец, приехал Иеремия со своим потёртым и зелёным как крокодил РПГ.
Жахнуло. Стальная дверь раскололась, в доме затихло.
Братия с возгласами “Бог велик!” устремилась в дымящийся проём.  Пальба и крики быстро закончились, смоковники стали выходить на свежий воздух через закопчёный дверной проём.  Два молодых бойца вытолкали долговязого мужчину. Тот прихрамывал.  Ударом приклада долговязого повалили у дымящихся останков ели.
Старый Мардахей отдал ружьё Иезекилю, пригладил власы и взошёл на высокое крыльцо:
- Братия. Вчера ночью во сне мне явился Тот Кто Обходит Ряды.
- Ряды стоят! - Одобрила братия начало речи Мардахея.
- Он недоволен.
Братия, преклонив головы, испуганно зашепталась.
- Се есть Последние Дни. - Чеканил Мардахей.
- Аминь. - Подтверждала толпа.
- Он дал нам Землю в очищение, дал милость свою и надежду на искупление.
- Аминь.
- Много комнат в доме Его, но нет комнаты для скотоложа и притеснителя людского. Как нет комнаты для сатанинского раба и осквернителя вод.....
- Аминь. - Подтверждало братство смоковников.
- Так почему те, кто призван для очищения, забыли долг свой?  И нет боле тверди в сердцах их.
- Прости, Господи. - Заголосил кто то в толпе.
- Он дал нам наущение для заклания: да не будет легка смерть нечистых!
- Алилуйя! - Кричала толпа. Смоковники истово крестились.
Мардахей простёр перст, указывая на долговязого,что смирно лежал у сгоревшей ёлки:
- На кол!
Смоковники одобрительно взревели на разные лады осанну Обходящему Ряды.  Авессалом в экстазе пал на колени, стукнул лбом о керамогранит пандуса.  Тем временем брат Седрах принёс бильярдный кий из покоев долговязого Притеснителя, а брат Мафусал из гаража канистру с маслом.

- И стала душа слабая пристанищем воли Нечистого. - Начал Мардахей.
- Аминь. - Подхватили смоковники.
- Приносим мы скорбную жертву Обходящему наши ряды. Приносим левой рукой. Как нам завещано, как должно. - Размеренно вещал Мардахей.
Долговязый орал когда Седрах и Мафусаил опускали его на блестящий маслом кий, визжал, пока не сорвал голос, потом сипел, потом долго дёргался в судорогах и, наконец, затих.
- Алилуйя. - Подвели итог смоковники и истово перекрестились в полной уверенности, что угодили Тому Кто Обходит Ряды.   Угрюмый брат Иегозавад вылил на тело остатки моторного масла из канистры, зажёг пропитанные маслом штаны долговязого: огонь очистительный......

"27.06.2008 10:21 | Polit.ru
Подавляющему большинству солдат 27-й отдельной мотострелковой бригады Московского военного округа из-за физических и моральных качеств не дают оружия. Эти цифры были озвучены в четверг на выездном заседании комиссии Общественной палаты, сообщает радио Сити-FM. На заседании обсуждались проблемы безопасности военной службы.

40 процентов военнослужащих бригады - с запущенным воспитанием, еще 20 - отстают в интеллектуальном развитии. В прошлом году 62 человека были досрочно уволены из части из-за психических заболеваний."

 

Видя это, старик понял, что что от него теперь ничего не зависит, что шанс упущен ,и сев на цементное основание большого рекламного щита “Ты нужен армии!” , оторвал полоску газеты, достал кисет и стал ,по стариковски ворча, сворачивать самокрутку

…идя по корридору, Военком представлял, как его окружат вражеские солдаты, а он им пафосно и сухо ответит, что офицеры в плен не сдаются. Тогда они накинутся на него и отберут кобуру и ремень. А он крикнет им что нибудь мужественное и героическое.
Но все случилось, как всегда не так. Уже на пороге, открыв дверь, он столкнулся нос к носу с чернокожим, виденным им ранее. Чернокожий широко улыбнулся, демонстрируя успехи американской стоматологии. (Том, так его звали, был из многодетной семьи, где измученная работой в местной пиццерии мать пыталась вырастить его самого и еще семерых его братьев и сестер. Маленький Том любил заходить в лавку старьевщика, старого хитрого Натана, выходца из России. Натан охотно покупал всякие вещи русского происхождения, особенно щедро платил за предметы русского военного обмундирования. Том часто разглядывал лежащую на витрине натановой лавки большую желтую пуговицу с выпуклыми серпом и молотом. Натан ухмыляясь говорил негритянскому мальчику , что если тот принесет ему еще таких, то за каждую получит по доллару. В 18 лет Том завербовался в армию, и давно забыл о нужде и даже неплохо помогал матери, но детская мечта принести Натану много больших желтых пуговиц и обогатится, продолжала жить в душе. )
Военком в недоумении смотрел на негра, теребящего пуговицы его кителя , лопочущего “сапрайз, сапрайз, чендж” и пытающегося всунуть ему в руку сникерс и упаковку дешевой жевательной резинки. Военком дико смотрел на негра, не понимая ничего.
Внезапно из танка высунулся человек и что то резко рявкнул. Негр вдруг замолчал, и, развернувшись, с криком “сэр,ес, сэр” кинулся к танку и исчез в его утробе. Вражеская колонна продолжила движение….
Вокруг впавшего в транс военкома стали собираться нетрезвые мужчины, недружелюбно на него поглядывая. Один из них, явно нетрезвый начал : “Ну че , ша….” . Что он хотел сказать дальше
, Военком слушать не стал. С бычьим ревом он пошел на прорыв. Употребление пива, систематическое переедание на ночь и малоподвижный образ жизни сделали свое дело- агрессивно настроенные мужички разлетелись в стороны. Военком бежал за танком и стараясь перекричать рев двигателя кричал : “Хелп, Хелп ми плиз” (Ага, значит не зря школьная училка английского постоянно вызывала родителей в школу!).
Дедушка, сорвав ружье, и обежав валяющихся на земле мужиков , припал к прикладу. Косматая бровь подрагивала от напряжения. Слегка опустив ружье и поводив головой из стороны в сторону, старик опять пиникнув к прикладу и затаив дыхание решительно нажал на курок. Резкие сухие выстрелы разорвали воздух.  Конечно же, на старом ружье прицел был давно сбит, а патроны дедушка по стариковской суетливости так и оставил лежать в сумке. Ружье было заряжено солью и крупно нарезанной щетиной. Третьего дня дедушка ходил за грибами и брал с собой ружье, заряженное таким образом, чтобы отпугивать бродячих собак.
Военком, издав невыносимый крик раненого медведя, упал, держась за филейную часть…..Вражеский лейтенант, опасаясь обвинений в необоснованном расстреле военнослужащего армии противника, (а в выстреле обвинили бы именно его) остановил танк и выслал санинструкторов с носилками…..Несмотря на невыносимое жжение, Военком был счастлив.

Подражание С. Кингу и его “Безнадёге”.
(писано дедушкой)

Кадиллак.

(рассказец)


Посвящается Юрию Нестерову, погибшему в неравном бою в Шамилькале.

Ветер хлопал в разноцветных флажках, надувал яркие полотна с призывами купить авто.
Белой громадиной в углу площадки сверкал Кадилак Эскелейд.
Сидя на раскалённой коже сидения, Валентин вспоминал поездку с отцом и дядей на их родину.
Родиной оказалась заросшая перелеском пустошь. Старики спорили из за места где стоял родительский дом и ложбины в которой они признали пруд.
Валентин запомнил щемящий взгляд их одинаковых ярко-синих глаз: от уничтоженной войсками НКВД деревеньки Щукино не осталось никаких следов....
Валентин прервал суетливое стрекотанье продавца: Беру.

***

Маленькая Маша пыхтя несла букет впереди мамы - сегодня выписывают из госпиталя дедушку Андрея.
А вот и дедушка, в пиджаке с пёстрой колодкой орденов.
Вручив букет, Маша чмокнула деда в шершавую морщинистую щёку. Все двинулись к папиной машине.

***

Валентин, разумеется, боялся. Потели ладони в замороженном кондиционером салоне, хотелось пить.
Но перспектива финала в больнице под вытьё жены и тоску детей вселяла уверенность в сделанном выборе.
Номер серебристого седана, что стоял у проходной военного госпиталя, он проверил четыре раза.
А вот и выходящая с букетом цель.
На ватных ногах Валентин вылез наружу, взял из багажника пару пластиковых канистр с растворителем, онемевшими руками приладил их к бамперу крюками резиновых жгутов.
Опять открыл багажник, открутил пробки у остальных канистр - в нос ударил сладко-едкий запах ацетона.
Торопливо сел в кресло - цель его ждать не собиралась.
Валентин, взглянув на родные лица в пожелтевших фотках, включил “кочергу” на драйв, из динамиков ковбой Дуайт затянул про длинный белый кадиллак.
Громадина Эскелейда мягко отчалила.
Валентин давил на гашетку - кадиллак рыча набирал скорость.
Никто, кроме Маши, не обратил внимания на утробный рёв большой белой машины, что стрелой летела с другого конца площади под разудалую мелодию.
Всё ближе и ближе.
Маленькая девочка позади старика в пиджаке с орденской колодкой смотрела на Валентина. А Валентин на неё: прости меня,Господи.
Последнее, что увидел Андрей Ефимович, ветеран НКВД и полковник в отставке это блеск хрома решётки радиатора с затейливым гербом.
Дуайт продолжал тянуть про длинный белый кадиллак пока не погрузился в ослепительно-белой шар вспышки.

***

Цусима.

Валентин проснулся от резкого толчка.
Духи, подъём! - громким шопотом кричал дневальный и тормошил “кого положено”.
Валентин осторожно, дабы не разбудить, спящего на нижнем ярусе авторитетного дедушку Абдуфаттоха, спустился на пол.
Аккуратно достал из под простыни форму, а из под матраса новенькие сапоги и стал одеваться.
Рота подъём! - неожиданно громко кто то гаркнул.
Это был молодой прапрщик Сёмин.
Дедушка советской армии Абдуфаттох проснулся, грозно глянув на Валентина, сел в постели.
- Вставай, боец - приказал Сёмин Абдуфаттоху.
- Ахуель что ли? Мени не полёжено. - парировал дедушка советской армии.
- Товарищ солдат... - стальным голосом начал прапорщик.
- Иди нах, щас сапогом перреибу. - вскипел Абдуфаттох.
- Встать! - орал Сёмин.
И тут, словно стрелы в древних битвах, в прапорщика полетели стоптанные, с подшипниковыми роликами в каблуках, тяжёлые сапоги дедушек и черпаков роты.
Инайна амэ! Кутингиски джаляб! - победные крики сопровождали обстрел.
После точного попадания сапога в широкое лицо, прапорщик дал задний ход.
Он уходил быстро, спрятав голову в плечи, вытирая рукавом со щеки сизый след обувного крема.
Так же быстро уходили от Валентина его последние юношеские иллюзии.........

Октябрь 1987 года.
В/ч у деревни Романцево.

На охоте.

Шипели угли в печке-буржуйке, лязгала подвеска телеги, впереди тарахтел дизелем трактор.
Когда ж ты угомонишься - подумал Дедушка.
А пьяненький Прокурор продолжал упорно гнать свою прокурорскую пургу:” перец из ФСО подвалил ко мне и спрашивает - кого тут у вас нагнуть можно.У кого тут бабки есть? А какое мне дело до его овец, пусть сам ищет и крышует как хочет.”
Телегу подбрасывало на кочках, народ заправлялся из фляжек и бутыльков. В ногах валялась скудная добыча - пара тетеревов, а шли на кабана...
Трактор остановился - телегу резко тряхнуло, гавкнула лайка и Витя протяжно рыгул.
В оконце появился тракторист-проводник Саша, из местных. Сообщил, что мосток через овраг совсем плох, надо в обход.....
Все устали и хотели в сторожку - к нормальной печке и шашлыкам.
Тронулись, набрали скорость - авось пронесёт.
То ли и в правду мосток был плохим, то ли Саша перекушал самогону, но слева сухо лопнуло бревно моста, потом телега осела и....
Дедушка бултыхался в телеге на общих основаниях, собаки визжали и кусали всех подряд, кто то истошно кричал, угли жгли, зола сыпалась за воротник.
Как выполз через оконце он не помнил.
Прокурор сидел в сугробе и что то беззвучно бормотал своей собаке.
Витя прикладывал к сгоревшей щеке снег.
Тракторист Саша спускался в овраг с тросом.
Вот и повеселились.